А.И.Зеличенко (russkiysvet) wrote,
А.И.Зеличенко
russkiysvet

Психолого-лингвистическая экспертиза по делу Стомахина

Сегодня психологов используют, как когда-то психиатров, для расправы с инакомыслящими. И – в семье не без урода – среди психологов находятся те, кто соглашаются быть использованным.

Поэтому нехитро предугадать, как будет выглядеть экспертное заключение, по которому Бориса Стомахина упрячут в лагерь на многие годы. Ведь здесь экспертам даже не нужно будет сильно кривить душой, как это было с экспертизой пуссириот, где следствию требовалось доказать недоказуемое и абсурдное. В случае со Стомахиным не слишком профессиональному эксперту много проще: ругается – значит коннотат негативный, пишет о взрывах – плохой денотат, а там и вывод готов: подстрекает, оправдывает, разжигает, унижает... Как бы научно, как бы объективно.

Но только «как бы». Чтобы показать поверхностность (или, как говорят психологи, невалидность) этих выводов, я решил представить вам другое экспертное заключение.

Стомахина обвиняют (на сегодняшний день, пока не придумали ничего другого) по трем статьям: 205.2 (оправдание терроризма, т.е. публичное заявление о признании идеологии и практики терроризма правильными, нуждающимися в поддержке и подражании), 280 (публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности) и 282 (действия, направленные на возбуждение ненависти и унижение достоинства человека либо группы лиц по признакам национальности (русские), отношения к религии (православные), а равно принадлежности к какой-либо социальной группе (работники органов власти, суда, правоохранительных органов).

Соответственно, экспертам будут предложено по текстам статей Стомахина (познакомиться с ними можно на сайте «Сопротивление»; для своего экспертного заключения я проанализировал 32 последних по времени написания статьи) ответить на примерно такие вопросы:
1) Содержат ли тексты статей заявления о признании идеологии и практики терроризма правильными, нуждающимися в поддержке и подражании?
2) Содержат ли тексты статей призыв к осуществлению экстремистской деятельности?
3) Разжигают ли тексты статей ненависть к группам русских, православных, власти, судейских и полицейских? И унижают ли их достоинство?

Перед тем, как ответить на эти вопросы, необходимо сделать общее методическое замечание – определиться с методом.

Текст не может рассматриваться изолированно, вырванным из целостного речевого коммуникативного акта. Текст сам по себе не может ничего заявлять, ни к чему призывать и ничего разжигать. Все это может делать только целостный речевой акт, по отношению к которому текст является только одним из атрибутов. Поэтому необходим анализ не изолированных текстов Стомахина, а комплексный анализ его действий по написанию и публикации анализируемых статей. Комплексный анализ должен включать изучение:
а) адресатов, к которым обращается автор текста, б) мотивов автора, в) коммуникативную задачу, которую автор пытается решить, г) смысловое содержание, которое автор стремится донести до читателя.

Такой анализ приводит к следующим выводам:

А) Прежде всего, статьи Стомахина вызывают у массового читателя отторжение – здесь выстраивается фильтр, который отсеивает его читателей. Не прошедшие через этот фильтр проникаются к автору либо ненавистью, либо презрением («псих»).

Теперь необходимо задать вопрос: а кого этот фильтр пропускает, кто составляет аудиторию Стомахина? Кому адресована его публицистика? Кто читает такие статьи, а не закрывает их сразу?

Эти люди отличаются двумя особенностями:

а) Способностью извлекать смысл из пассажей, которые при буквальном прочтении смысла не имеют (например, призывов к ядерным бомбардировкам и т.п.);
б) «Внутренним камертоном», резонирующим с содержанием, которое Стомахин вкладывает в свои статьи.

Прежде всего, это не обычные националисты-сепаратисты, как, например, украинские националисты, к которым очень часто апеллирует Стомахин. Во-первых, у таких сепаратистов, своя повестка дня, нестомахинская. Во-вторых, тексты Стомахина предполагают уровень интеллекта выше, чем у тех, кто готов хвататься за гранату. К экстремистским действиям экстремистов побуждают не статьи.

Читатели Стомахина – это интеллектуалы-интеллигенты с обостренной совестью, способные к сильным переживаниям стыда. У других читателей сама мысль о том, что их называют быдлом или биомассой, вызывает немедленное отторжение и агрессию на автора. Но даже для интеллигента-националиста тексты Стомахина слишком резки, чтобы быть восприняты как руководство к действию.

В результате аудитория Стомахина – люди с обостренной совестью и высоким интеллектом – оказывается крайне малочисленной. Ни террористы, ни их руководители такого читать не станут, ведь Стомахин нападает, например, и на Доку Умарова.

Вывод о крайней малочисленности читателей Стомахина подтверждает и тот факт, что в поддержку его текстов не высказывается никто даже из протестующих против его преследования.

Показательна и статистика сайта «Сопротивления». Всего с этого сайта загружено 43000 страниц, включая, как минимум, десять тысяч раз загруженную страницу оглавления. При этом из России – 11000, из Украины – меньше 2000, из других стран и того меньше. На сайте опубликовано немногим больше 250 статей. То есть в среднем у каждой статьи не более 30-40 читателей из России и не больше 150 читателей со всего мира. Сколько из них не сплюнуло и не закрыло тексты через десять секунд чтения? 10 процентов? 5? Капля в море.

Конечно, это не капля – это искра, которая обречена разгореться. И власть совершенно обоснованно видит здесь для себя опасность и старается на долгие годы упрятать Стомахина. Он опасен для власти, как опасна совесть. Но, конечно, не призывами к терроризму-экстремизму. Его читателей невозможно к этому призвать – слишком умны. Да, пожалуй, и слишком добры.

Б) Мотивы автора. Никаких меркантильно-прагматических мотивов у такой публицистики быть не может – она отторгается почти всем обществом и никаких выгод автору доставить не может. Таким образом, мотив здесь явно альтруистический. Содержание этого мотива самоочевидно: «Не могу молчать», «Прокричать правду».

В) Коммуникативная задача. Определить ее также несложно. Эта задача – поделиться своими чувствами (именно так – не мыслями, а чувствами) о происходящем в России и с Россией, «сердцу высказать себя». Содержание этих чувств и определяет смысловое наполнение «месседжа» Стомахина. Никакой новой информации своим читателям Стомахин сообщить не может. Его читатели и так знают то, о чем он пишет.

Г) Смысл сообщения, которое Стомахин адресует обществу, трагичен: государство, народ, общество гибнут. Здесь нет побуждения к действию, так он сам никаких действий не видит. Здесь нет оправданий какого-то образа действий, ни экстремистского, ни какого бы то ни было другого. Хуже того – здесь нет надежды.

Форма, которую автор находит для передачи этого содержания, – вербальная агрессия и коллективная аутоагрессия. Тексты пестрят ругательствами и бессмысленными «призывами», обращенными в никуда, вроде призыва к ядерным бомбордировкам. Кто должен откликнуться на эти призывы? Президент России? Или президент США? Народ России должен выйти на демонстрации с требованиями разбомбить себя? Или это должен сделать народ Мордовии? Под задачу уничтожения государства не мобилизуют народы и не устраивают революции.

Именно эта нарочитая бессмысленность (сравни «Чтоб ты провалился» – не угроза и не пожелание, а выражение эмоционального состояния говорящего) «призывов» Стомахина показывает, что мы имеем дело не с призывами, а с криком души «Вижу Трою павшей в прах!».

Теперь, после ответа на четыре главных вопроса комплексного анализа речевого действия, можно ответить и на вопросы, поставленные перед экспертом:

1) Статьи Стомахина не содержат оправданий терроризма, так как ни терроризм, и тем более этическая оценка терроризма не является их темой – они о другом.

2) Статьи Стомахина не содержат призывов к осуществлению экстремистской деятельности, так как они по своему жанру не статьи призывы (сравни «Убей немца» стихотворение-призыв Симонова), а статьи-плач и отчасти статьи-пророчества.

3) Так как задача публицистики Стомахина будоражить чувства (сравни «Чувства добрые я лирой пробуждал»), вопрос о том, что это за чувства и насколько они добрые, правомерен. Букет «пробуждаемых» Стомахиным чувств сложен. Есть в этом букете и чувство ненависти. Причем объекты этой ненависти разнообразны. Что это за объекты?

Прежде всего, ненависть Стомахина – это не ненависть к другим, а ненависть к себе, к коллективному «себе», ненависть к «мы». Здесь мы имеем дело с тем, что называют «ненавистью бессилия». Но ненавидит Стомахин и конкретных людей, которые совершают с его точки зрения преступления против совести. Среди таких людей и президент России. (Что, очевидно, и вызвало к жизни уголовное преследование.) Распространяется ненависть Стомахина и на более широкие группы людей. Но объединяет этих людей не этническая или религиозная принадлежность, равно как и не принадлежность к определенной социальной группе. Объединяет этих людей низкий уровень духовного развития (те, кого Стомахин называет «быдло») и/или преступления перед совестью, включая и молчаливое санкционирование таких преступлений.

Таким образом, отвечая на третий вопрос, поставленный перед экспертом, можно сказать, что статьи Стомахина не возбуждают ненависти и не унижают достоинство людей по признакам этнической принадлежности, отношения к религии или принадлежности к социальной группе.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments